от o_k_kravtsov 

слушать здесь:

http://predsedatel-98.narod.ru/mp3.htm

Настоятельно рекомендую начать прослушивание с правой части списка - ортодоксальных советских песен.  Блатняк, что усердно культивировала и интеллигенция, - явление описанное, понятное, оттого не менее удручающее. Феномена Высоцкого с нас, пожалуй, хватит. А вот искреннее и вдохновенное исполнение в этой манере советской песенной классики - мощное противоядие против обаяния сталинского "большого стиля", который нам опять пытаются навязать.

О дивном исполнителе дивных песен

 

ВХОД НА ВСЕ МЕРОПРИЯТИЯ СВОБОДНЫЙ

Подробная карта на сайте: http://www.ozerki.spb.ru

( ПОДРОБНОЕ РАСПИСАНИЕ ФЕСТИВАЛЯ )

МУЗЫКАЛЬНОЕ ПРИНОШЕНИЕ К ОГРАДЕ КОМАРОВСКОГО КЛАДБИЩА

КОНЦЕРТ ПАМЯТИ СЕРГЕЯ КУРЕХИНА

1. Largo. Не покидая театра

в осколках музыки и в зарослях фанеры

в лесу из безнаказанной фольги

девицы пляшут как милицанеры

и чертят красные восьмерки и круги

театр живет закрытый за долги

подобьем жизни внутреней, без веры

что там за стенами и крики и шаги

и даже выстрелы и офицеры, офицеры...

театру все равно друзья или враги

он как привязанный блуждает за бренчаньем

невидимой но абсолютной зги

он что-то спрашивает - мы не отвечаем

он за плечи трясет но в пар его руки

не слишком верится - так за вечерним чаем

включая новости сознанье отключаем

и в точку, в точку, в пол, под сапоги

2. Andante furioso. Сон Орфея

не среди ли равнины

где высился певческий дуб

наследили колеса и траки

и срывая мелодию с мертвенных губ

рвут на части ее

и от запаха крови дуреют

от воздуха драки

о рванина смыслов перепаханная

 пьедесталы с педерастами и феями

среди парка охраняемый собаками

спит орфей и завороженные звери

норовят поближе подбираются

к ложу убранному розами

сон орфея - это все мы словно умерли

словно тени движимся

под звездами сверхновыми

и неважно - в тишине ли в шуме ли -

не слышны слова

одни деревья-стриженцы

их ветвями слабыми навеенное

разбросалось небо над орфееем

что ни говори а небо все-таки

хоть и начерно, и неуверенно

из какой-то драни соткано

кое-где уже и продрано

3. Allegro vivace. Смерть Орфея

смерть лошадка смерть мотоциклистка

 смерть орфея

в крагах и в очках летающая низко

над землею

стой лошадка

стой скажи мне

при каком еще режиме

под каким еще царем

обомлеем обомрем

в поле зрения кортежа

кожа никель черный лак

провожающие те же

те же руки в зеркалах

но когда ищу глазами -

никого не узнаю

это ведь игра: я замер

прислонясь к небытию

и меня как будто нету

да и некому искать

в том лесу где вечно лето

птичья свара благодать

Мартын Хозяинов, сибирский художник.

"Поругание Христа", год 1799, из фондов Краеведческого музея им. Н.Мартьянова г.Минусинска Красноярского края.


http://kruglov-s-g.livejournal.com/427433.html
 
А рассказ о дивной иконе  - от о.Сергия Круглова - kruglov_s_g  -  здесь:
http://kruglov-s-g.livejournal.com/426429.html

 

 

            Шкала Мооса

 
Вот уж и впрямь, мой господин,
господарь,
пане вельможный -
не по шкале Мооса
нашу породу определять,
не драгоценную – просто породу.

Слабой рифмой не можно
стих царапнуть, хоть он стекло, не хрусталь.
(Кажется, это семерка. Десять – алмаз,
что же - один?
гипс мягчайший?
а восемь – не вспомнить,
но подскажешь, не дожидаясь
вопроса:
топаз).

Вот уж и впрямь, друг мой дражайший,
друза рода
держит крепко за палец, держит нас,
не отпуская,
и годы
все случайное с отраженья стирают,
все твое, что было тобой.

Ищешь теперь двойника не на глади воды,
и не в зеркале, а на страницах
старой книги чужой.
Растворится
лицо твое в памяти прародовой.

Вот и легка, господин,
твоя тень, а душа тяжела.
Будет – персть,
то, что пальцами было, а стало -
друзой
рода, решеткой кристалла,
сцепленьем молекул, обузой,
виной.

Вестью благой,
что ни один
поворот головы и судьбы,
шаг и жест,
не сделан только тобой,
но – с родного порога.

Драгоценная, мой дорогой господин,
ноша - просто порода.